a7ba2b4f     

Бутанаев Антон - Бабушка



Антон Бутанаев
БАБУШКА
Шагает Федотка по проселку с сумкой через плечо. Пылит проселок, по
небу тучи расплываются, пахнет чебрецом. Тихо и нет никого вокруг. Фе-
дотка не смотрит по сторонам, и вверх не смотрит - не приучен. Федотка
под ноги глядит, выполняя волю отца, чтобы не спотыкаться. А кругом -
безветренный июль, пруды с русалками, полынь да конопля. Кругом поезда
на восток и на запад, молодые красивые девушки, которые... хотя нет, об
этом чуть позже. Но все равно, даже без молодых и красивых, даже без
просто молодых, даже без просто девушек романтики кругом вдовлоь. Вот
она, на железнодорожной насыпи, там, где проедет через час поезд "Влади-
восток-Москва", и другой, "МоскваВладивосток", только в другую сторону.
Романтика волновала и будоражила Федотку, и, честно говоря, мешала ему
жить, мешала шагать по проселку с сумкой через плечо.
Родители Федотки были людьми веселыми. Момент его, Федотки, зачатия,
пришелся у них как раз на какой-то шумный праздник с принятием различно-
го горячительного. Пахло винными парами, как в раю, если бы он был соз-
дан Богом-алкоголиком. Было весело и приятно, и к тому же все разошлись.
А на следущее утро Федотка уже существовал, клетки его делились и разм-
ножались. Еще через некоторое время он родился и повзрослел, с бельмом
на глазу и с трудом подбирая слова. Волосы, как солома, торчащие в раз-
ные стороны, взгляд под ноги, чтобы не спотыкаться, и несколько десятков
слов, чтобы скрасить и упростить себе существование, чтобы не считали
немым. Вот и весь портрет.
В трех разных направлениях от Федотки, на разных расстояниях стояли
три здания, три дворца, три королевства: монастырь, зона и банк. В кило-
метре к югу от Федотки - монастырь, в пяти на северо-восток - зона, а
делеко назад, километров с тридцать к северу, в городе - банк. Во всех
этих местах бывал человек по имени Иван Петрович, тот, кто был Федотке
приставлен сверху. Федотка знал уже, что у всех есть или должен быть та-
кой приставленный сверху человек, и считал, что это в порядке вещей. У
всех, КОМУ приставляют. А другие, КОТОРЫХ приставляют, имели, соот-
ветственно каждый своего Федотку. И когда Федотка резво ковылял по горо-
ду за Иваном Петровичем, имея возможность не смотреть себе под ноги, а
смотреть на Ивана Петровича спину, он успевал замечать разных людей вок-
руг. Какие-то были похожи на него и Ивана Петровича, это были, как за-
помнил Федотка, "мужчины". В таких случаях Федотка пытался определить,
приставляют ли их к кому-нибудь или приставляют к ним. Но никогда не ус-
певал - быстро менялись картины в городе, даже когда стоишь на месте, а
если еще и за Иваном Петровичем надо поспевать, то и вовсе ничего не
разберешь. Но попадались еще и люди другого сорта - этих Федотка знал
как "женщин", "девушек", так его учили. В них Федотка вообще ничего не
мог понять. То они казались ему все разными, то наоборот, как будто у
них у всех одно лицо. И это каким-то странным образом зависело от пого-
ды, и от Ивана Петровича. Вернее, что от чего зависело, Федотка не знал.
Но тем не менее чем солнечнее было на улице, тем больше разных женщин
видел Федотка. И чем менее страшен был Иван Петрович, тем сильнее разни-
лись женщины в Федоткиных глазах. А Иван Петрович временами бывал очень
страшен. "Ну и правильно, его же приставляют", - думал Федотка спокойно.
Сейчас Федотка шел в монастырь. Монастырь был женский, но Федотка
этого не знал, как не знал и того, что монастырям принято различаться на
ж



Назад