a7ba2b4f     

Буркин Юлий & Лукьяненко Сергей - Остров Русь



Юлий БУРКИН
Сергей ЛУКЬЯНЕНКО
ОСТРОВ РУСЬ
Ю. Буркин:
- Другу и любимой -
Юлие Студенниковой.
С. Лукьяненко:
- Присоединяюсь...
Ю. Буркин:
- Не понял!
"Народ свои песни шлифует в
продолжении столетий и доводит
до высшей степени искусства."
И.В.Сталин
"Ты уймись, уймись, тоска,
У меня в груди,
Это только присказка,
Сказка - впереди...
В. Высоцкий
ПРОЛОГ. ТРИ ДАРА ОТЦА ИВАНУ-ДУРАКУ. БИТВА С ПОЛЕНЬЯМИ. КРАЖА
Иван-дурак лежал на загнетке и рассеянно перебирал руками теплые
угли. В избе было жарко, родители Ивана не экономили на дровах. Березовые
поленья весело потрескивали в печи.
Дверь со скрипом отворилась, и Иван-дурак с надеждой встрепенулся. Но
тут же, потеряв к вошедшему всякий интерес, снова опустил голову. Вошла не
мать - статная хлебосольная баба, всегда готовая порадовать сына сахарным
пряником. Вошел отец - дородный мужчина лет пятидесяти, без малого косая
сажень росту, бывший киевский богатырь, а ныне - обедневший помещик
Муромского уезда.
- Исполать тебе, батько, - приветствовал отца Иван, продолжая
ковыряться в углях.
Отец не ответил. Степенно усевшись на корточки перед сыном, оглядел
его и сказал удивленно:
- Сколько лет-то тебе, сынок?
Не заподозрив опасности, Иван-дурак стал перебирать черные,
перепачканные золой пальцы.
- Раз - тута я ходить начал, да два - заговорил, да три - бык
соседский меня боднул... десяток - тута я во первой раз печку с места
сдвинул... дюжина - девки дворовые меня приглядели... Осьмнадцать, батько!
- Восемнадцать, - поморщился отец. - от цифры "восемь" сие число
происходит... Ну да ладно, как ни кличь, а большой ты стал у меня.
Иван-дурак часто закивал, усаживаясь возле печки на корточки. Отец
редко проявлял такое внимание к непутевому сыну, и дурак был польщен.
А отставной богатырь погладил Ивана-дурака по кудрям и проникновенно
произнес:
- Накину я службу на тебя, Иванушка. Заматерел ты, хватит тебе печь
пролеживать да пол просиживать. Поедешь к славному князю Владимиру, Русь
от врагов беречь.
- Батько! - пролепетал Иван. - Да ведь...
- Силушкой Бог тебя не обидел, - продолжал тем временем отец, - весь
в меня, не отпирайся, не даром так же - Иваном - зовут! Чего головой
крутишь?! Нет силы? А кто вчера печь по избе двигал, местечко где не дует
выискивал?! А потом еще мамке врал, мол, тут она всегда и стояла!.. Эх!..
Уличенный Иван-дурак опустил голову и жалобно произнес:
- Глупый я, батько... Не счесть толком, не буквы растолковать... Ой,
не надо! Некультурно поступаете, папа!
Иван-отец тем временем извлек из-за печи две потрепанные книжки. Одну
большую с красными петухами на обложке и надписью: "Аз, Буки, Веди".
Другую поменьше, с заголовком: "Как вести себя богатырю русскому, или
Моральные присказки, стихами составленные, из былин надерганные."
- Думал, не заметил я? - укоризненно спросил бывший богатырь. - У
отца родного книжки упер и врет еще! Что в "Моральных присказках" о вранье
сказано?
- Не должон богатырь врать родному батьке, брату-богатырю, да князю
Владимиру... - хмуро процитировал дурак.
- А я те кто? Коль не забыл...
- Батько...
- Еще?!
- Брат-богатырь.
- Еще?!
Иван поднял голову, поморгал и тихо спросил:
- Неужели... князь Владимир?
- Дурак! Я тебе еще батько-богатырь! Неужто забыл, как моя хворостина
порет?
- Не забыл, батько, - нервно потирая ладони о суконные штаны,
признался Иван-дурак.
- То-то, - поднял палец отец. Затем откашлялся, почесал затылок и
сказал: - Сын мой! Сегодня поедешь ко двору князя Вла



Назад